Загрузка...

Театр 'Красный факел' - Три сестры


Внимание: спектакль идет на жестовом языке с русскими и эстонскими субтитрами

Театр «Красный факел», Новосибирск

Антон Чехов
ТРИ СЕСТРЫ

Режиссер: Тимофей Кулябин
Художник: Олег Головко
Художник по свету: Денис Солнцев
Преподаватель жестового языка: Галина Нищук
Консультанты по культуре глухих: Вероника Копосова, Тамара Шатула 

Артисты: Константин Телегин, Илья Музыко, Антон Войналович, Клавдия Качусова, Валерия Кручинина, Ирина Кривонос, Линда Ахметзянова, Дарья Емельянова, Денис Франк, Алексей Межов, Павел Поляков, Андрей Черных, Сергей Богомолов, Сергей Новиков, Елена Дриневская

Продолжительность 4 часа 30 минут (c двумя антрактами)
16+ 

Премия «Золотая Маска» 2017 года – «Специальная Премия Жюри драматического театра и театра кукол». Номинации на Премию – «Лучший спектакль в драме, малая форма», «Лучшая работа режиссера», «Лучшая работа художника», «Лучшая женская роль» (Линда Ахметзянова), «Лучшая мужская роль второго плана» (Константин Телегин).

Всю семью Прозоровых, их гостей и домочадцев Тимофей Кулябин сделал глухими – артисты полтора года учили язык жестов. Весь чеховский текст в качестве перевода появляется на панели для титров над сценой, иногда с уточнениями: «Вершинин: “Трам-там-там” (sms)», когда полковник хочет дать знать Маше, что он рядом. Да-да, у героев есть мобильные телефоны и планшеты, Андрей включает компьютер с громким звуком загрузки Windows, Ирина смотрит клипы по телевизору, но никакого агрессивного осовременивания нет, многие из героев одеты в костюмы в духе прошлого века, и все пьют чай из самовара. Лишение чеховских героев слуха заведомо кажется странным парадоксом: пьеса ведь и так о том, что они слышат, да не могут друг друга услышать, а если герои глухие, то это должно страшно обеднить смысл. Но поразительным образом обеднения не происходит. То, что герои разговаривают жестами, наполняет спектакль энергией, от «вялого Чехова» нет и следа. Общение полно движения, разговаривая, собеседники должны смотреть друг на друга, привлекая к себе внимание; желая, чтобы его услышали, каждый касается, тормошит другого. Кажется, никогда в Чехове не было такой тактильности, такого прямого контакта, от которого не увернуться.

Это одновременно тихий и очень шумный спектакль – в нем много движения, веселья, тут даже танцуют – ведь глухие слышат вибрацию и чувствуют ритм. Хохот, слезы, скандалы, крики – все почти беззвучно, но очень открыто, как будто глухота обостряет все, включая мимику. А дальше надо рассказывать просто про «Три сестры», но будто увиденные заново.

газета «Экран и сцена»